Международная правозащитная группа «Агора» подготовила доклад «Политические обыски: призрачная неприкосновенность». Правозащитники проанализировали 600 политически мотивированных обысков за последние 3 года.

Всего за 10 лет суды одобрили почти 2 миллиона обысков. Это 96,32% от общего числа запросов. С обыском столкнулось каждое 27 жилище в стране. Ежедневно проходит свыше 500 обысков.

Общее число запросов (и, соответственно, разрешений) растет, увеличившись за 10 лет примерно на половину

«Агора» пишет, что если вспомнить, что за этот же период времени суды в среднем удовлетворяли 98,35% ходатайств об ограничении конституционных прав граждан на тайну переписки, телефонных переговоров и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, то становится очевидным, что неприкосновенности частной жизни в России не существует даже формально.

После массовых акций против фальсификаций на выборах 2011-2012 годов и последовавшего за ними «болотного дела» ни одна неделя не обходилась без сообщения о том, что кого-либо из гражданских активистов после обыска увезли на допрос.

Среди используемых элементов запугивания — раннее время (в 63 случаях обыск начинался в промежутке между 6 и 8 часами утра); использование спецсредств, насилия, угроз, демонстрации оружия (98 случаев); обыски у родителей и других близких родственников (47 случаев); взлом дверей или вход через окна (70 случаев).

В докладе правозащитники описывают типичную картину обыска в России.


Ранним утром, когда вся семья еще спит, раздается звонок в дверь. На вопрос «Кто там?» отвечают: «Соседи снизу, вы нас затопили». В поспешно открытую дверь врывается толпа спецназовцев в масках в сопровождении следователя, оператора государственного ТВ и приведенных заранее понятых.

Полураздетого хозяина квартиры кладут носом в пол (вариант: сажают на стул, приказывая смотреть вниз) и сообщают ему о том, что он подозревается в экстремизме, а сейчас у него пройдет обыск.

Пользоваться смартфоном не разрешают, препираются с адвокатом, которому кто-то из домочадцев чудом успел позвонить. После долгого спора адвоката все же допускают — как раз к моменту заполнения протокола обыска.


Как рассказывает «Агора», обыски в жилище — лишь верхушка айсберга. Не требуют судебного разрешения обыски и осмотры в нежилых помещениях: офисах, складах, актовых залах и т.п. местах, вторгаться в которые помимо полиции и спецслужб в ряде случаев имеют право также представители множества других ведомств — МЧС, прокуратуры, Роспотребнадзора, Минюста. Сведения о числе подобных вторжений нигде не публикуются, а вероятнее всего — и не учитываются.

В результате, изменяется поведение активистов, живущих под постоянной угрозой обыска — распространенной практикой становится шифрование носителей информации, отказ от хранения дома «подозрительных» предметов и информационных материалов.

Распространение получили памятки и рекомендации о том, как подготовиться и как вести себя во время обыска. К примеру, подобная инструкция Команды 29 начинается со слов: «Прийти с обыском могут к каждому…».

С полным текстом доклада можно ознакомиться по ссылке.

  • 10
  •  
  • 6
  • 6
  •  
  •